Возможна ли в России ИТ-автаркия?

В конце июня деловое издание «Ведомости» совместно с Министерством цифрового развития, связи и массовых коммуникаций РФ провели 5-ю юбилейную конференцию «Российская электроника».

В рамках обсуждения актуальных проблем и перспектив развития рынка электроники в России, обмена опытом и технологиями ведения бизнеса приняли участие регуляторы, производители, разработчики, потребители электронной продукции, представители смежных секторов и эксперты.

 На конференции Василий Шпак, заместитель министра Минпроторга, поделился целым набором практических решений не только по стимулированию развития производства, но и по субсидированию сбыта российских устройств, что зачастую не менее важно, чем прямое инвестирование в фабрики.

Представитель редакции ITBestsellers, присутствовавший на конференции, был поражен (но не удивлен), как, в отличие от еще недавних мероприятий, когда участники рынка с удовольствием рапортовали о своих успехах в попытках «догнать и перегнать Запад», теперь многие компании проявляли крайнюю закрытость и даже прямым текстом просили журналистов поменьше педалировать данную тему, чтобы не нарваться на новые американские санкции. При этом складывается впечатление, что до паники все далеки, идет тяжелая и осознанная работа, и у страны есть все шансы выправить ситуацию. Более того, именно только такая катастрофа, «выход из зоны комфорта» может стать тем импульсом, который послужит большей самодостаточности российского ИТ-рынка.

Итак, возможно ли импортозамещение или даже автаркия (полное производство внутри страны) в российском ИТ-секторе? Этот вопрос редакция «Бестселлеров» задала Василию Мочару, директору аналитической компании ITResearch. Ниже приведены его основные соображения о возможностях импортозамещения в различных секторах отечественной ИТ-индустрии.

- С ПО, как ни странно, ситуация намного проще и безопаснее, причем это касается как прикладного ПО, так и решений уровня больших корпораций. У российских производителей есть опыт и наработки, а системы открытого кода пока остаются таковыми. Поэтому да, плохо, сложно, но государство в горизонте нескольких лет вполне способно заместить зарубежное ПО и решения. Опасения возникают только по поводу тяжелых специализированных пакетов и средств разработки, но, опять же, нет ничего непреодолимого. Угрозы рано или поздно купируются.

А вот с «железом» заметно хуже. Проблема с аппаратной частью является прямым результатом глобализации, т. е. разделения международного труда. Приведу в качестве примера автомобильную отрасль. Всего несколько фабрик в мире делают лампочки. Для всех. Пара фабрик делают шины. Для всех. Пара фабрик делают подшипники, провода, зеркала… В результате, BMW, собранный в Калининграде, возможно, имеет не меньший уровень локализации, чем «германская» машина.

Автаркия недостижима и даже вредна. И ни одна страна в мире даже близко не стоит к 100% локализации ключевых ИТ-тем. Как можно обеспечить замкнутые производственные циклы, без, допустим, японских резисторов и конденсаторов? Потратив триллион долларов, мы примерно через 20 лет выйдем на относительно самодостаточный уровень производства компонентной базы, но это все рано будет отрасль, отстающая от уровня мировых ИТ-технологий в лучшем случае лет на 10.

При этом степень локализации совсем не является мерилом безопасности. Ни 60%, ни 95, ни даже 99%. Недавно один из вендоров рассказывал мне, как они построили ЦОД и уже готовились к его запуску. Но не случилось: из-за известных событий они не могут получить один датчик. Никак. А на него завязано очень много, и замена данного мелкого компонента потянет за собой существенные переделки, фактически замену целого узла. А это время и деньги.

Поэтому проблема должна выливаться во владение ключевыми компетенциями, а остальная «обвязка» должна быть из той, что никоим образом не может быть незаменимой. Однако на этом пути всё очень непросто, поскольку работают законы рынка, среди которых такой известный, как «эффект масштаба». Дело в том, что ИТ-продукты условно можно разделить на «консьюмерские» и «корпоративные», хотя в целом ряде случаев это могут быть одни и те же устройства, но не это главное.

Потребительский рынок в наибольшей степени чувствителен к рынку, т. е. к ценам и маркетингу. При этом у него наименьшие шансы быть подверженным внешним санкциям. Для того, чтобы производство тех же смартфонов было рентабельным, их нужно производить многомиллионными тиражами, а наш рынок относительно небольшой. Поэтому у России минимальные шансы обеспечить конкурентное массовое производство тех же смартфонов или планшетов, но это не так и страшно, поскольку они всегда будут доступны, пусть и по параллельным схемам и не самые современные модели.

Но на корпоративном рынке конечная стоимость продукта имеет большую условность, поскольку зачастую она даже не оказывает определяющего значения на стоимость решения. При этом санкционные риски возрастают многократно. Поэтому Минпромторг должен фокусироваться на поддержке именно таких критичных продуктовых направлений, правда, правильно оценивая реальную осуществимость тех или иных действий. При этом нужно понимать, что чудес не бывает, и не всегда можно обменять деньги на время.

Что мы не сможем в обозримом будущем выпускать из современных компонентов, даже при инвестициях в сотни миллиардов долларов, которые реально требуются, так это высокопроизводительные процессоры и иные компоненты, где требуются чипы с тех-нормами менее 36 нм, жесткие диски, ЖК-матрицы. (Разве что нам продадут за большие деньги устаревшие фабрики, в чем сейчас есть большие сомнения). Оборонка потребляет чипы 400 нм и даже больше, и здесь автаркия давно достигнута. А если не достигнута, то оборонные ведомства научились находить и закупать нужные им микросхемы.

Производство ПК, серверов, СХД, маршрутизатов и т. д. у нас существует давно, причем с хорошей степенью локализации, на уровне микросхем и т. д. И есть возможность провести полное импортозамещение. Естественно, только при условии, что у сборщиков будет возможность находить за рубежом ключевые компоненты, производство которых, как было сказано выше, в России пока практически нереально. Сейчас это еще возможно по схеме параллельного импорта, и есть запас до конца года. Но если США начнут активнее накладывать вторичные санкции, то придется искать малоизвестные китайские компоненты, для которых американский рынок неважен, а это сложно.

По высокопроизводительным системам прогноз самый неблагоприятный. По традиционным высокопроизводительным платформам Россия отстала почти безвозвратно, и единственный выход у страны – это в кратчайшие сроки перепрыгнуть через эволюционную ступень и сосредоточиться именно на квантовых технологиях. Здесь у нас есть шансы, поскольку здесь в первую очередь важны не производственные возможности, а достижения в области теоретической физики и математики, с которыми у нас не так плохо.

Ноутбуки у нас раньше собирали на отверточном уровне, сейчас вполне может решаться более глубокая проработка. Но помимо платформы нужна также ЖК-матрица, а значит, задача усложняется, и потенциальный процент локализации снижается.

Мониторы, как показывает практика компании Samsung, можно с успехом делать здесь. (Правда, пока фабрика простаивает ввиду отсутствия ключевых компонентов). Но эти технологии принадлежат корейцам, и, боюсь, никто из российских компаний сейчас не потянет полноценное производство. Но ничего принципиально непреодолимого нет, поскольку современный монитор, по сути, – не очень сложное устройство. Если будет доступ к ЖК-матрицам, полноценное производство возможно развернуть за несколько лет и обеспечить хотя бы корпоративный рынок. Возвратимся к проблеме фабрик. Новая фабрика по производству ЖК-матриц стоит около 10 млрд. долл., но нам никто ее не продаст. Вместе с тем, сейчас в этом сегменте происходит своя революция/эволюция и переход на QLED и AMOLED. В связи с этим многие разоряются или пытаются освободить площади под более современное оборудование. Теоретически сегодня можно подсуетиться и прикупить еще вполне функциональные производственные линии. Но всё равно цена вопроса – несколько миллиардов долларов. Более того, емкость нашего рынка (включая панели для телевизоров) довольно мала: порядка 20 млн кв. м подложки. Даже одна фабрика будет формировать большой избыток матриц, а значит, никогда не окупится.

По печатному оборудованию положение немного легче. Компания Pantum уже вовсю производит в России принтеры и МФУ, успешно замещая продукцию HP. Пока речь, скорее, идет об отверточной сборке. Также есть два российских производителя, у которых, как будто, уже есть определенная локализация. И вообще, если задаться такой целью, то принтеры (по крайней мере, лазерные) мы могли бы через несколько лет делать полностью из российских компонентов. Там нет ничего непреодолимого.

По ИБП схожая ситуация. Современные ИБП – это продвинутые ИТ-устройства, где всё большее значение имеет управляемость, обеспечиваемая серьезной электроникой. Но всё же там нет ничего запредельного. Да и нужно помнить, что это по сути электрические машины, а эта отрасль у нас исторически жива. Есть, конечно, и проблемы с компонентами: у нас, насколько помню, только два производителя мощных IGBT-транзисторов, которые необходимы в инфраструктурных ИБП. Но и тут, при беде, можно использовать трансформаторную технологию. Это будет в два раза тяжелее и с меньшим КПД, но не менее надежно.

Вместе с тем, в случае с ИБП необходимо помнить, что, несмотря на уход грандов (в первую очередь Schneider и Eaton), китайские производители, среди которых много технологически очень продвинутых, не собираются покидать рынок. Да и у нашего правительства нет резонов их ущемлять, даже наоборот. Поэтому нельзя сказать, что локальное производство ИБП так уж спокойно может развиваться, не чувствуя конкуренции.

В России уже есть несколько производителей с разным уровнем локализации, чья продукция уже внесена в реестр Минпромторга, и они контролируют до 10% рынка в деньгах. Например, «Парус» (Связьинжиниринг), «Импульс», Сайбер Электро… Кстати, смежная отрасль — ЦОД и вокруг него. По крайней мере «слаботочку», стойки и обвязку вокруг них мы можем делать, и делаем сами. Сталь есть собственная, гнуть и варить умеем. Здесь уже во многом прошло импортозамещение.

Проекторы мы не сделаем, да и не нужно. Емкость профессионального рынка очень небольшая, можно практически не бояться санкций и завезти по параллельному импорту. Немаловажная тема — большие экраны (LFD и LED Modules). Интерактивные решения очень нужны в сфере образования. Пока в России один значимый локальный производитель — NexTouch, но и тот матрицы очевидно завозит. Подопрет — появятся и другие. Что касается модульных экранов (LED Modules), то собственно модули везутся из Китая и экраны собираются уже здесь. Угроз мало, но в принципе есть уже российские компании, которые завозят светодиоды «мешками» и собирают модули на месте. Менее удобно, но эта проблема решаема.